Стиль

Время написания Владимирской иконы Божией Матери, XII век, относится к так называемому комниновскому возрождению (1057—1185)[5]. Этот период в византийском искусстве характеризуется предельной дематериализацией живописи, осуществляемой за счет прорисовки ликов, одежд многочисленными линиями, белильными движками, подчас прихотливо, орнаментально ложащимися на изображение.

В рассматриваемой нами иконе к древнейшей живописи XII века относятся лики Матери и Младенца, часть синего чепца и каймы мафория с золотым ассистом, а также часть охряного, с золотым ассистом хитона Младенца с рукавом до локтя и виднеющимся из-под него прозрачным краем рубашки, кисть левой и часть правой руки Младенца, а также остатки золотого фона. Эти немногочисленные сохранившиеся фрагменты представляют собой высокий образец константинопольской школы живописи комниновского периода. Здесь нет свойственной времени нарочитой графичности, напротив, линия в этом образе нигде не противопоставляется объему. Главное средство художественной выразительности построено на «соединении нечувственных плавей, придающих поверхности впечатление нерукотворности, с геометрически чистой, зримо выстроенной линией». «Письмо личного представляет собой один из самых совершенных образцов «комниновских плавей», соединяющих многослойную последовательную лепку с абсолютной неразличимостью мазка. Слои живописи – неплотные, очень прозрачные; главное – в их соотношении между собой, в просвечивании нижних сквозь верхние. Сложная и прозрачная система соотношения тонов – зеленоватых санкирей, охр, теней и высветлений – приводит к специфическому эффекту рассеянного, мерцающего света».

Среди византийских икон комниновского периода Владимирскую Богоматерь выделяет также свойственное лучшим произведениям этого времени глубокое проникновение в область человеческой души, ее скрытых тайных страданий. Головы Матери и Сына прижались друг к другу. Богородица знает, что Ее Сын обречен на страдания ради людей, и в Ее темных задумчивых глазах затаилась скорбь.

Мастерство, с которым живописец сумел передать тонкое духовное состояние, скорее всего, и послужило возникновению предания о написании образа Евангелистом Лукой. Следует напомнить, что живопись раннехристианского периода – времени, когда жил прославленный Евангелист-иконописец, было плоть от плоти искусства позднеантичного времени, с его чувственной, «живоподобной» природой. Но в сравнении с иконами раннего периода, образ Владимирской Богоматери несет печать высочайшей «духовной культуры», которая могла быть только плодом вековых христианских раздумий о пришествии Господа на землю, смирении Его Пречистой Матери и пройденном ими пути самоотречения и жертвенной любви.

Статьи по теме:

Понятия выставки, экспозиции и виртуальности
Уже давно как в традиционных, так и в электронных публикациях можно встретить упоминания о «Виртуальных экспозициях и выставках». Отметим, что в эти понятия различные авторы порой вкладывают самые различные смыслы. Эти тезисы носят нескол ...

Функциональное назначение хачкаров и их создатели
Научные исследования, в особенности материалы эпиграфических экспедиций Института археологии и этнографии Академии наук Армении, значительно расширили наши знания о хачкарах, о многосторонности их культурно-исторического значения. На осно ...

Итальянское ваяние XVII столетия
Поворот от чуждого природе, неосмысленного применения традиционных формул к новому наблюдению природы и более серьезному пониманию сущности старых великих мастеров ранее всего совершился в итальянской живописи, новым рассадником которой я ...