О русской народной скульптуре

Материалы о культуре » О русской народной скульптуре

Страница 3

В Пермском музее в настоящее время сосредоточено огромное количество статуй страдающего Христа, свезенных сюда из окрестных городов и деревень. Наперекор строгому запрету православной церкви здесь возник обычай изображать в деревянных статуях страдающего Спасителя. Статуи эти производят в своей совокупности сильное, порой жуткое впечатление. Многие из них в рост живого человека, обычно они раскрашены, иногда посажены в „темницу", иногда одеты в настоящие одежды, с настоящими кандалами на ногах и похожи на восковые куклы из паноптикума. Но этим впечатлением далеко не определяются их художественные особенности.

В отличие от статуи переславльского Христа в пермскую скульптуру перешло многое из скульптуры барокко, в ней больше „живства", даже обмана зрения. Но подкупает в ней нравственная чистота мастеров, их готовность безотчетно отдаваться творчеству, крестьянское простодушие и уверенность, что все представленное — это живое. Эти статуи никогда не ставятся на постамент. Между ними и реальным миром нет преграды, они прямо входят в него, живут в нем. Нередко они заключены в часовни и заполняют их пространство. Благодаря этому такую огромную силу воздействия приобретают их жесты и мимика. Представлено обычно не столько страдание, сколько тоска человека, томительное ожидание. Крупные мужицкие руки, поставленные носками вместе большие ступни ног, равнодушный взгляд, устремленный в одну точку. Современный зритель с изумлением узнает в этих изображениях Христа русского крестьянина или зырянина со всеми этническими особенностями его облика, узкими щелками глаз и выступающими скулами. „Да ведь это вовсе не Христос, — хочется сказать, — а настоящий мужик!"

Но это не совсем верно.

В этих статуях простой мужик возведен в степень общечеловеческого, обожествленного, многострадального существа. Он страдает за всех людей.

В пермских статуях не найти такой чистоты и строгости форм, как в переславль-ском Христе. На лице одного Христа из распятия XVIII века (Пермь, Музей) мимика приобрела более устойчивый характер, она подчинена яйцевидному строению головы, очертание бровей повторяется в очертаниях усов и губ. Волнистые пряди волос вырываются из этого овала, словно стянутого обручами. Почти классическая ясность форм придает страданию Христа мужественную решимость. В другой голове хорошо вылеплены нос, борода, глаза, терновый венок образует выпуклый узор, обрамляет лицо, как платки головы древних фараонов. Эти головы глубоко человечны: страдание облагорожено, нравственная сила выражена в скульптурной форме.

Шедевры народной скульптуры — это высочайшее проявление народного гуманизма, один из тех взлетов народного гения, которые восхищали наших писателей, музыкантов, художников.

Черты барочного понимания формы дают о себе знать в ярко раскрашенных фигурах предстоящих из распятия из села Язьва (Пермь, Музей). Здесь появляются экспрессивные жесты, движение, игра светотени и беспокойные складки одежды. Но в пермской скульптуре эти барочные мотивы упрощены, успокоены. В фигурах нет ничего экстатического. Богоматерь со сложенными руками — это воплощение чистоты, простоты и естественности. Ее открытый взгляд приобретает особенную силу воздействия по контрасту к опущенной голове женщины рядом с ней.

Русской народной скульптуре порой не хватает мастерства, в ней есть известная грубость техники, отдельный образ недостаточно связан с целым. Случается, что повторение найденного превращается в шаблон. Иногда изменяет вкус. Эти стороны народной скульптуры нет необходимости замалчивать. Они объясняются теми историческими условиями, в которых скульптура создавалась. Но недостатки с лихвой искупаются многими достоинствами. В народном искусстве есть драгоценнейшие качества, которых не хватает профессиональной скульптуре XVIII—XIX веков. Удачный прием не отвлекает в ней внимания от самой сути. В народной скульптуре сквозит народная мудрость, теплота и сердечность, которых часто нет в скульптуре профессиональной. В ней есть подлинное величие, ощущение святости предмета, самоотверженная отдача себя ему.

До сих пор народная скульптура недооценивалась. В ней видели всего лишь этнографический курьез, самое большее — подступы к скульптуре профессиональной. Эти воззрения требуют решительного пересмотра. Нужно поставить рядом любого резного из дерева Николу — этот апофеоз русского крестьянина — и известную статую сентиментального мужика с мальчиком М. Чижова, и придется пожалеть талантливого русского скульптора, которого академическая учеба увела от подлинных корней народности. В то время считалось, что русской скульптуры до середины XIX в. „все равно, что не существовало". Только в начале нашего века С. Коненков и А. Матвеев в своей скульптуре из дерева восстановили значение народной традиции.

Страницы: 1 2 3 

Статьи по теме:

Речевые фигуры и тропы
Речевые (риторические, стилистические) фигуры - это любые языковые средства, придающие речи образность и выразительность. Фигуры речи подразделяют на семантические и синтаксические. Семантические фигуры речи образуются соединением слов, ...

Влияние на архитектуру Казани русской и татарской культур
Архитектура Казани, крупней­шего российского города, гу­бернского центра, сложилась к середине XVIII в. на основе двух традиций: русской и та­тарской. Насколько тесно пере­плелись две эти культуры, насколько высока была степень их слияния ...

Миф и религия в античной культуре
Одним из самых ранних и существеннейших элементов античной культуры является миф. Миф (от греч. muthos - слово, сказание) можно определить как повествование о происхождении мира, богов, героев, различных народов, событиях естественной и о ...

Новое на сайте

Искусство макраме

Среди различных направлений декоративно-прикладного искусства макраме – одно из древнейших...

Матрёшка

Матрёшка – это полая внутри деревянная ярко разрисованная кукла в виде полуовальной фигуры...

Навигация

Copyright © 2019 - All Rights Reserved - www.culturescience.ru