Из истории русского пейзажа

Материалы о культуре » Из истории русского пейзажа

Страница 1

.

87. П. Кузнецов. Мираж в степи. 1912. Москва, Третьяковская галерея.(P. Kouznetsov. Mirage dans la steppe. 1912. Moscou. Galerie Tretiakov.)

П. Кузнецов. Мираж в степи. 1912. Москва, Третьяковская галерея

Пейзаж в русской живописи отставал от пейзажа в художественной литературе. Лицо родной природы было угадано уже Пушкиным в „Евгении Онегине" и в его лирике — в картинах русской снежной зимы, одетых в багрец осенних лесов и особенной невзрачной прелести хмурых дней. Мотивы русской природы мы находим у Баратынского, Лермонтова и Тютчева. Гоголь смелой кистью набросал дивную панораму, которая с вышки дома Тентетникова открывалась на окрестные луга, зеленеющие рощи, желтые пески и далекие синеющие как моря леса. „Равнодушно не мог выстоять на балконе никакой гость и посетитель. От изумления у него захватывало в груди дух, и он только выкрикивал: „Господи, как здесь просторно!"

Между тем наши пейзажисты продолжали по старинке воспевать полдневную красоту Италии. В живопись позднее робко проникают русские мотивы: жиденькие ели у Венецианова, спокойная гладь озера у Сороки, русская зимка в картине ве-нециановца Н. Крылова. Очарование этих первых русских пейзажей — в целомудренной робости, с которой художники подходили к этой теме, в их любовном стремлении передать со всей достоверностью каждую черточку природы, каждую мельчайшую подробность независимо от устоявшихся формул классических, академических и каких-либо иных.

Развитие русского пейзажа в XIX веке питалось растущей, все более осознанной любовью русских людей к родной земле. Наиболее красноречивое выражение эта любовь нашла себе у наших писателей. Вдали от родины А. Герцен со страстной нежностью вспоминал русские деревни и села, почерневшие бревенчатые избы, свежий запах сена и смолистой хвои, всю прелесть русской природы, нечто мирное, доверчивое, кротко-грустное в ней, как в народной песне. И. Тургенев вкладывает в уста своего героя признание: „Я бы хотел еще раз надышаться горькой свежестью полыни, сладким запахом старой гречихи на полях моей родины; я бы хотел еще раз услышать издали скромное тенькание надтреснутого колокола в приходской нашей церкви, еще раз полежать в прохладной тени под дубовым кустом на скате знакомого оврага; еще раз проводить глазами подвижной след ветра, темной струей бегущего по золотистой траве нашего луга". В этих словах умирающего высказалась страстная любовь самого писателя к родине, которая только окрепла в его странствиях по чужим краям. Эта любовь заставила Н. Некрасова воскликнуть:

„Опять она, родная сторона,

С ее зеленым благодатным летом.

И вновь душа поэзией полна .

Да, только здесь могу я быть поэтом!"

Уже много позднее П. Чайковский признавался: „Прогулка летом по России в деревне, по полям, по степи, бывало, приводила меня в такое состояние, что я ложился на землю в каком-то изнеможении от наплыва любви к природе, тех неизъяснимо сладких ощущений, которые навевали на меня лес, степь, речка, деревья вдали, скромная церквушка, словом все, что составляет убогий, русский, родимый пейзаж".

Русские пейзажисты А. Саврасов, Ф. Васильев, И. Шишкин, каждый со своими стремлениями и пристрастиями, немало потрудились над тем, чтобы донести до зрителя черты сельской природы — леса и степи, рек и озер. Но, поскольку дело не ограничивалось одной точностью передачи ее черт, уже перед ними возникали и более сложные вопросы понимания поэтики пейзажа и его средств выражения.

Как ни странно, русские пейзажисты второй половины века лишь в очень незначительной степени опирались на наследие А. Венецианова и его школы. Нельзя сказать, что итальянские пейзажи А. Иванова оставались неизвестны, но прямого воздействия и они на русских пейзажистов того времени не оказали. Русские мастера в большей степени исходили из традиций среднеевропейского пейзажа, в частности Голландии XVII века, с его приглушенными красками, облачным небом, далекими равнинами и прижатыми к земле крестьянскими домиками. Голландские традиции проникали в Россию нередко и через немецких мастеров. Еще И. Крамской в похвалу Ф. Васильеву сравнивает его с А. Ахенбахом, хотя и признает, что русский мастер превзошел немецкого. В. Стасову приходилось призывать русских художников освободиться от влияния А. Калама, так как оно еще давало о себе знать.

Страницы: 1 2 3 4

Статьи по теме:

Философская проза
Впервые термин философия буквально означавший – «любомудрие» употребил Пифагор. Первоначально философия была наукой, объединявшей все области знания. Центром эллинской философии стал город Милет, там сложилась научная школа – ионийская на ...

Комедия
Само слово комедия образовано из двух слов: комос и ода, то есть песня комоса. Под комосом видимо имелась ввиду ватага гуляк, кутил возвращавшихся домой после пирушек. Покинув трапезу, ее участники, будучи обычно в приподнятом настроении, ...

Иконография
Боголюбский образ восходит к типу известной константинопольской иконы «Богоматери Агиосоритиссы» («Просительницы», «Заступницы»), которая находилась в Халкопратийском храме и потому именовалась также и «Богоматерью Халкопратийской». В отл ...

Новое на сайте

Искусство макраме

Среди различных направлений декоративно-прикладного искусства макраме – одно из древнейших...

Матрёшка

Матрёшка – это полая внутри деревянная ярко разрисованная кукла в виде полуовальной фигуры...

Навигация

Copyright © 2019 - All Rights Reserved - www.culturescience.ru